Дело пономарей — Официальный сайт
Facebook seo Twitter seo Subscribe
seo
seo
seo

Как известно, 20-23 июня с.г. в Жовтневом суде Запорожья прошли заседания (четыре подряд) по делу о взрыве в Свято-Покровском храме на Малом рынке, прогремевшем 28 июля минувшего года. Вне всякого сомнения, ключевым моментом на данном этапе процесса стали свидетельские показания В.С.Пасечника (1979 г.р., жителя г. Хмельницкого, директора ООО «Юридическая консалтинговая компания «Веритас»), оглашённые Виталием Сергеевичем в ходе первой части судебного заседания от 20.06.11. По существу, его показания представляют собой неопровержимое алиби для Антона Харитонова. Стало быть, и для его старшего сводного брата Сергея Демина.
Как уже неоднократно сообщалось, им вменяют в вину организацию вышеназванного преступления плюс активное соучастие в совершении оного. По версии предварительного следствия, во вторник «27.07.10 примерно в 18 часов Дёмин С.С. перенёс самодельное взрывное устройство, помещённое в полимерный пакет хозяйственного назначения, из помещения своей квартиры в парк, находящийся возле учебного корпуса Торгового колледжа Запорожского национального технического университета по ул. Героев Сталинграда, 1, где и передал СВУ Харитонову А.В.».


Между тем, согласно показаний г-на Пасечника, в тот день он с 17.10 до 17.50 находился в суде Коммунарского района. Представлял там интересы одного из своих запорожских клиентов. Имея предварительную договорённость с О.Н.Дёминой, матерью Антона и Сергея, сразу же по завершении своих дел в присутственном месте Виталий Сергеевич поспешил на автовокзал, где Ольга Николаевна назначила ему встречу. Как утверждает свидетель, на автовокзал он прибыл примерно в 18.10, причём г-жа Дёмина была не одна, а вместе с Антоном (его присутствие при разговоре было согласовано заранее). По словам г-на Пасечника, обсуждение её проблем продолжалось примерно до 19.00-19.10. При этом на мобильный телефон Ольги Николаевны один или два раза звонил её старший сын. «Уже заканчиваем, скоро будем», — сообщила ему г-жа Дёмина.
— Откуда вы знаете, что звонит второй сын и что зовут его Сергеем? – поинтересовались у свидетеля.
— Я услышал, как его назвали. Да и сама Ольга Николаевна сказала, кто звонил, — пояснил тот.
Сразу же после опроса В.С.Пасечника адвокат Ю.К.Шуляков огласил ходатайство об освобождении своего подзащитного на подписку о невыезде: «Как в ходе досудебного следствия, так и в судебном заседании свидетели по делу допрошены. Никто из них не дал изобличающих Харитонова А.В. показаний, не свидетельствовал об оказании им влияния на правдивость свидетельских показаний. Никто из оставшихся не допрошенных свидетелей, указанных в обвинительном заключении, также не обращался в правоохранительные органы с жалобами и заявлениями на Харитонова А.В. об оказании влияния на свидетеля с целью изменить показания или дать неправдивые показания… Харитонов А.В. не отказывался давать показания, показал своё желание помочь в установлении истины по делу, давая последовательные и, на наш взгляд, правдивые показания о том, где на самом деле он находился в период совершения инкриминируемых ему действий… Его показания нашли своё подтверждение в судебном заседании. Своим поведением на досудебном следствии и в суде Харитонов А.В. никоим образом не высказывал и не подавал никакого намёка на желание скрыться. Никто из свидетелей не сообщал о его намерении скрыться. Таким образом, цель избрания меры пресечения – пресечение возможности воспрепятствовать установлению истины по делу, а также возможности скрыться от следствия и суда – достигнута. Необходимости дальнейшего содержания Харитонова А.В. под стражей до вынесения приговора или другого значимого процессуального решения нет. Отсутствие этих процессуальных оснований нивелирует необходимость содержания Харитонова А.В. под стражей, а тяжесть преступления сама по себе не может быть основанием для избрания наиболее строгой меры пресечения…».
Кроме того, заявлено, что Антон положительно аттестуется по месту жительства, в школе, которую окончил, по месту прежней службы в Свято-Андреевском кафедральном соборе и Свято-Покровском храме на Малом, о чём говорят приобщённые к делу характеристики; у него имеется реальная возможность работать и содержать семью (маму, бабушку и малолетнюю дочь Елену Лизогубенко); без его помощи родные вынуждены влачить нищенское существование и жить на подаяния.
Ходатайство Юрия Климентьевича поддержали его коллеги А.М.Подколзина и В.Е.Наливайко. Со своей стороны Алла Михайловна огласила ходатайство следующего содержания: «При рассмотрении данного уголовного дела… появились все основания для изменения меры пресечения Федорченко Е.В. В ходе судебного следствия установлены обстоятельства, которые полностью опровергают версию следствия о событиях 27 и 28 июля 2010 года. Так, показания свидетеля Александровой В.Ю. свидетельствуют о невозможности встречи Федорченко Е.В. и Харитонова А.В. в указанное следствием время, о невозможности передачи и получения какого-либо пакета со взрывным устройством. Показания свидетелей Будко М.И. и Бражко И.П. свидетельствуют о том, что выводы следствия о создании якобы алиби Федорченко Е.В. путём его выезда за пределы Запорожья являются надуманными. Показания Федорченко Е.В., данные им на досудебном следствии 24.09.2010, полностью подтверждаются показаниями указанных свидетелей в суде, что говорит о правдивости его слов. Ни один из допрашиваемых в судебном заседании свидетелей не подтвердил возможность участия Федорченко Е.В. в инкриминируемых ему преступлениях. У суда нет никаких оснований предполагать, что Федорченко Е.В. может уклониться от суда, воспрепятствовать установлению истины по делу или продолжить «преступную деятельность». Федорченко Е.В. страдает рядом тяжёлых заболеваний, о чём суду представлены все подтверждающие документы, и дальнейшее его пребывание под стражей несёт угрозу для его жизни и здоровья…».
Что касается С.С.Дёмина, то просьбу о своём освобождении из-под стражи на подписку о невыезде он озвучил самостоятельно, в устной форме.
Настал черёд слово молвить стороне государственного обвинения, которое в тот день поддерживала одна Ю.Н.Василега. Смысл аргументов г-жи прокурора суммарно таков: «Показания Пасечника и Александровой в части указанных ими обстоятельств времени встреч с Харитоновым и Федорченко не противоречат обвинительному заключению, так как нет поминутной и посекундной сверки всех этих данных. Поэтому меру пресечения всем троим подсудимым прошу оставить прежней. Иначе они могут скрыться и воспрепятствовать судебному следствию». Я ничего не напутал, цитируя Вас?
Согласно дивной креативной логике, которой блеснула Юлия Николаевна, привычные всем нам законы природы отменены по меньшей мере ещё вечером 27.07.10, в силу чего один и тот же человек (да практически любой из нас!) в один и тот же миг способен находиться в двух (как минимум!) различных точках трёхмерного пространства. Эпохальное открытие, тянущее на Нобелевскую премию в области физики! Альберт Эйнштейн, Макс Планк, Поль Дирак, Нильс Бор, прочие корифеи и светила отдыхают. Ещё бы! Ведь устанавливать и отменять фундаментальные законы мироздания – прерогатива Самого Творца!
Если же говорить предельно серьёзно, то эксклюзивный теоретический изыск г-жи Василеги превосходит по своей грандиозной масштабности даже пресловутую «царицу доказательств», запущенную в оборот незабвенным «Ягуарьевичем» (А.Я.Вышинским, генеральным прокурором сталинских времён). Ведь отныне выбивать из подследственных «чистосердечные признания» вовсе даже ни к чему. Лишняя морока! Зачем вообще пачкать руки, кого-то там лупить до полусмерти, унижать и пытать, коль скоро такого архаичного понятия, как «алиби», не существует в принципе? Виновных же по любому делу можно попросту назначать. Да хоть из числа первых встречных. Из числа случайных прохожих. Ты, к примеру, будешь у нас серийным убийцей. Ты – педофилом-насильником. А ты, так и быть, всего лишь вором. Или, на худой конец, грабителем…
Но вернёмся в зал Жовтневого суда. После прокурора слово попросил В.Е.Наливайко. Обращаясь к председательствующему В.В.Минасову, судье В.В.Васецкой и четырём народным заседателям (все они – далеко не юные дамы, и у них, наверное, тоже есть дети), Валентин Евгеньевич сказал:
— Понимаю, какая ответственность лежит на вас, однако прошу удовлетворить наши ходатайства. Тем более что материалы данного дела сфальсифицированы.
При этом защитник напомнил присутствующим о том, что офицеры Главного управления УМВД Украины в Запорожской области, которые подтасовали материалы другого резонансного УД (по факту зверского убийства и изнасилования в Пологах малолетней девочки), в настоящий момент не только содержатся в Лукьяновском СИЗО, но и дают пространные «интервью» в Главном управлении по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры (теперь и в суде тоже – авт.). Отвечают на вопрос, кто, мол, из высокого «ментовского» начальства и зачем принуждал этих трёх бравых товарищей (два полковника, один п/п) вышибать из гражданина В.К. ложный самооговор? При этом за леденящие кровь злодеяния, совершённые пологовским маньяком Сергеем Ткачом, в разное время были арестованы и посажены семь человек. Двое из них так и погибли в тюрьме, не дождавшись оправдания…
Смысл данного напоминания очевиден: господа служители Фемиды, не уподобляйтесь тем негодяям в погонах, кои добивались дутой «раскрываемости», применяя к подследственным гестаповские методы. Ибо те «великие боссы», кои нынче сулят вам «небо в алмазах» в обмен на произвол и беззаконие с вашей стороны, завтра же не моргнув глазом сделают вас «козлами отпущения». Скопом за все системные грехи…
Речь г-на Наливайко вызвала заметное неудовольствие среди тех, к кому она была обращена. Хотя, по здравом размышлении, и Владимир Валерьевич, и Виктория Васильевна должны быть благодарны Валентину Евгеньевичу. Уже хотя бы за то, что он попытался предостеречь их от фатальной ошибки. Ибо стремление превратить «третью власть» в филиал прокуратуры и следствия – это и есть тяжёлая ошибка, чреватая оргвыводом.
Но ещё большее замешательство среди облачённых в чёрные мантии вызвали слова Сергея Дёмина о том, что-де «своими действиями прокурор покрывает настоящих преступников» и что «иные сотрудники правоохранительных органов однажды займут наши места». Займут или нет – Бог весть. Но вот в том, что г-жа Василега защищает превратно толкуемый корпоративный интерес чересчур прямолинейно и потому не слишком эффективно, сомнений больше нет. И потом, согласно юридическим канонам, любые «нестыковки», всплывшие в ходе публичного судебного процесса, должны однозначно толковаться в пользу обвиняемых. Разве этот незыблемый принцип современного права тоже уже упразднён?
Как бы там ни было, после пламенных Серёгиных речей суд счёл за благо удалиться на совещание. Вернувшись минут через 20, ареопаг устами г-на Минасова изрёк: «Ходатайства об освобождении из-под стражи Харитонова, Дёмина, Федорченко удовлетворению не подлежат». И точка. При этом ни одна их четырёх народных заседателей не высказала особого мнения по поводу вердикта, оглашённого председательствующим. Не в курсе, что у них есть такое право? Или же они заведомо, всегда и во всём согласны со «старшим товарищем»?..
Остальные судебные «посиделки» по УД № 7501003 (21, 22, 23 числа) в содержательном плане представляются не столь интересными, так как суть пресловутого «дела пономарей», намерения, тактика сторон и без того давно уже очевидны. Хотя, конечно же, опрос двух «подсадных уток» (внутрикамерных агентов-провокаторов), одна из которых к тому же публично признала себя наркоманкой (т.е. существом неадекватным) – это само по себе нечто из ряда вон выходящее.
Особую пикантность «откровениям» неких Анжелы И. и Владимира Т. придавало то обстоятельство, что от взоров публики их прятали в отдельном помещении, из которого «фемидовцы» заходят в зал заседаний. Так что общались с этими двумя «свидетелями» через открытую дверь. Картина маслом: вопрошающие выкрики туда, утробные рулады оттуда. Непонятно, правда, зачем вообще было укрывать вышеназванных граждан от честного народа, коль скоро ФИО, а также адреса проживания А.И. и В.Т. всё равно поневоле стали достоянием гласности? Да и в целом такое впечатление, что раз следствие, прокуратура и суд не брезгают прибегать к услугам подобного рода субъектов, то и сама наша «правоохранительная» система страдает дефицитом интеллекта и элементарной нравственности.
По-своему любопытными оказались прения с участием оперуполномоченных Запорожского городского управления внутренних дел Евгением Д. и Дмитрием К., вызванных 23.06.11 опять же в качестве свидетелей. По словам подсудимых, эти люди постоянно и целенаправленно «давили» на них – как психологически (путём устрашения, угроз), так и физически. А.В.Харитонов: «Евгений бил в стенку, кричал, матерился. Дескать, порвём, сделаем инвалидом, и ничего нам за это не будет! Посадим всю твою семью, маму, брата! А Дмитрий заставлял меня есть из помойного ведра». Е.В.Федорченко: «Они (Е.Д. и Д.К. – авт.) нанесли мне удары в плечо и затылок. Угрожали. «Я эту бутылку засуну тебе в анальное отверстие и буду по ней бить». Это происходило до того, как мне было предъявлено обвинение». С.С.Дёмин: «Эти двое били меня ладонями по ушам. Оскорбляли. Говорили о том, что ждёт меня «на зоне», что ждёт маму и бабушку. Даже могил их не найду». И т.д., и т.п.
Со своей стороны, наотрез отрицая обвинения в свой адрес, «опера» в один голос уверяли, будто бы во время доставки Харитонова и его матери в городское управление милиции (30.07.10, 10 часов утра) Антон вроде как ни с того, ни с сего заявил: «Да, я причастен, но вы ничего не докажете». Кому поверят Минасов, Васецкая & K* — несчастным ребятам или же накачанным, уверенным в себе «Диме с Женей», один лишь характерный облик которых не оставляет ни малейших сомнений в их психотипе? Вопрос, увы, риторический. В лучшем случае суд аннигилирует взаимно исключающие утверждения «бомбистов» и «пинкертонов» — за недоказуемостью и тех, и других. В худшем – дополнительно «всыпет» сидельцам за, так сказать, «наветы на заслуженных людей». Хотя, на мой взгляд, при известных усилиях со стороны правозащитников дело о нарушении прав тогда ещё «безстатусных» (чуть позже – подследственных) А.В.Харитонова, С.С.Дёмина, Е.В.Федорченко вполне можно было бы выделить в отдельное производство.
Завершилось же второе по счёту четырёхдневное бдение тем, что В.В.Минасов объявил перерыв до 19 сентября – сразу на три месяца! А что? Судьи тоже ведь живые люди. Страшно переутомляются. Им отпуск подавай. Отдохнуть как следует надо. Чтобы затем, значит, с новыми, свежими силами… Ну а хлопцы пущай ещё посидят взаперти.
Сергей ГРИГОРЬЕВ, специально для «ИСКРЫ».
НА СНИМКАХ: Виталий Пасечник; без вины виноватые.

seo
2nd Июл 2011
Теги:
seo

Есть 1 комментарий. к “НЕПРАВЕДНО. НЕМИЛОСЕРДНО.”

  1. Сергей Григорьев смелый и честный журналист. Пишет интересные разгромные
    статьи. невзирая на должности и саны. А остальные что молчат? Или слетятся
    на оправдательный приговор? Но для этого нужно сейчас что-то делать, не
    перепечатывать чужие статьи. а вносить что-то свое для освобождения ребят.
    Вести свои журналистские расследования, освещать объективно ход судебных
    заседаний и т.д.
    А-у-у-у… где вы журналисты?

Написать ответ

seo
 
seo
Все права защищены © 2011-2015 Дело пономарей — Официальный сайт
Кто затыкает ухо свое от вопля бедного, тот и сам будет вопить, - и не будет услышан